Ормузский торг: почему блокада пролива играет на руку России

Пока Дональд Трамп говорит об успехе сделки с Тегераном «в ближайшие день-два», а в Ормузском проливе возобновляется коммерческое судоходство, главные дивиденды из ситуации извлекает вовсе не Вашингтон и не Исламская Республика. Политолог и историк Вадим Мингалёв в развернутом комментарии для «АН» объяснил, почему нефтяное эмбарго и возня вокруг ядерного досье Ирана парадоксальным образом укрепляют позиции Москвы, оставляя Пекину сложный выбор, а европейским союзникам по НАТО — лишь роль сторонних наблюдателей.

Президент США Д. Трамп заявил 17 апреля, что процесс заключения сделки с Ираном проходит успешно: большинство вопросов сторонам удалось согласовать. Как пишет портал «Axios», новый этап переговоров пройдёт 19 апреля в Исламабаде. Как утверждают источники «Axios» в американском правительстве, стороны уже завершают составление трёхстраничного мирного плана, но по некоторым ключевым пунктам разногласия сохраняются. Трамп считает, «что мы добьёмся сделки в течение следующего дня или двух». С чем же дошли стороны к сегодняшнему дню?

Ещё два или три дня назад Трамп сообщил в соцсети «Truth Social», что «навсегда» открыл Ормузский пролив, чему «Китай очень рад», и власти КНР согласились не отправлять оружие в Иран. Ранее сообщалось, что официальный визит президента США в Китай состоится 14 и 15 мая 2026 года.

Сведения о результативности американской блокады разноречивы. Так, были сообщения, что подсанкционный супертанкер «RHN» вошёл в залив 15 апреля, а днём ранее пролив пересекло судно «Alicia», впрочем, направлявшееся в Ирак. А CNBC со ссылкой на СЕНТКОМ сообщило, что за первые сутки блокады со стороны США ни одно судно не прошло через пролив. А вот «The Wall Street Journal» писал, что в течение первых суток блокады через пролив прошло более 20 торговых судов. Возможно, истина где-то посередине: после начала блокады в следующие несколько дней нескольким судам всё-таки удалось пройти через закрытый участок, не встретив сопротивления ни со стороны американцев, ни со стороны иранцев.

Вадим Мингалёв – историк, политолог, аналитик, геополитик, председатель правления Международного общественного движения «Открытая Конфедерация Евразийских Народов» МОД «ОКЕАН».

А 17 апреля МИД Ирана объявило о решении открыть пролив для коммерческого судоходства. И свыше 30 коммерческих судов сейчас следуют в направлении Ормузского пролива, из них 23 судна из Персидского залива, 8 – в залив, выяснило РИА Новости на основе данных портала по отслеживанию судов «Marine Traffic». Поводом стало достижение Израилем и Ливаном соглашения о прекращении огня. Военные же корабли проходить по-прежнему не могут (Гостелерадио Ирана IRIB). Как заявил агентству «Reuters» неназванный иранский чиновник, Тегеран полностью возобновит судоходство в регионе, только если страны Запада разблокируют замороженные иранские активы.

Трамп поблагодарил Тегеран за этот шаг и даже назвал Ормузский пролив «проливом Ирана», однако позже объявил: «Блокада портов Ирана будет сохраняться до тех пор, пока наша сделка не будет завершена на 100%».

Он также отверг помощь НАТО: «Когда ситуация в Ормузском проливе разрешилась, мне позвонили из НАТО и спросили, нужна ли нам помощь. Я сказал им держаться подальше, если только они не хотят просто загрузить свои корабли нефтью», – написал глава Белого дома. Как уже сообщалось, Британия, Франция и, по некоторым сведениям, Германия планируют возглавить многонациональную миссию «по защите свободы навигации» через этот морской путь. Однако начнётся она только когда «позволят условия», иными словами, после окончания конфликта.

Между тем, у Ирана от блокады есть проблемы. Страна может столкнуться с потерями в размере 435 млн. долл. в день в результате блокады Ормузского пролива со стороны США, сообщает «The Wall Street Journal»; это в разы больше доходов от 2 млн. долл. за проход каждого судна. Сейчас, по оценкам бывшего чиновника Минфина США, ежедневные расходы включают потерю 276 млн. долл. исходя из того, что Иран ежедневно экспортирует около 1,5 млн. баррелей нефти, в основном через Ормузский пролив. Хотя эксперты отмечают, что экономический шок может быть частично смягчён: считается, что у Ирана есть около 154 млн. баррелей нефти, которые хранятся за пределами затронутых блокадой вод Персидского залива. И Тегеран может попытаться перенаправить экспорт через альтернативные терминалы, , расположенные за пределами Ормузского пролива. Эффективность таких мер, однако, остается неопределённой и зависит от силы блокады со стороны США.

Очень важный вопрос – ядерный. По мнению военного эксперта Ю. Кнутова, Тегеран может занять жесткую позицию по ключевому вопросу – передаче обогащённого урана Вашингтону. «А это тупиковая ситуация, которая может привести к новому конфликту». По словам официальных лиц, стороны предложили остановить обогащение урана в Иране, однако не могут согласовать сроки.

Трамп объявил, что США при помощи экскаваторов намерены извлечь иранский высокообогащённый уран, который хранится на атакованных летом 2025 года ядерных объектах, «вместе с Ираном, используя много экскаваторов», и затем вывезут его. Иранская сторона опровергла эти сведения. 17 апреля иранское агентство ILNA со ссылкой на заявление представителя МИД сообщило: «Обогащённый уран Ирана ни при каких обстоятельствах не будет перевезен никуда. …Вопрос о передаче обогащённого урана Ирана Соединенным Штатам никогда не поднимался нами в качестве варианта».

И это логично с учётом того, что сценарий продолжения войны отнюдь не исключается. Во всяком случае, США не сокращают, а наращивают военную группировку в регионе. А Сенат США 15 апреля отклонил резолюцию, запрещающую дальнейшее нанесение ударов по Ирану без одобрения Конгресса. В поддержку документа высказались только 47 сенаторов, 52 законодателя проголосовали против. Голоса сенаторов разделились в основном по партийному принципу: демократы «за», республиканцы «против». В такой ситуации естественно, что Иран также готовится к дальнейшей эскалации конфликта.

Более правдоподобными выглядят слова Трампа о том, что Иран пообещал отказаться от ядерного оружия на 20 лет.

От американской блокады Ирана возникли проблемы и у Китая: попыток Москвы поставить в Китай как можно больше нефти и газа для компенсации потерь от блокады недостаточно: инфраструктура просто не позволяет этого.

По приблизительным оценкам, на долю стран Персидского залива сегодня приходится около 35% импорта нефти в Китай. Правда, Китай получает треть нужной ему нефти из Саудовской Аравии (около 18%) и России (15%). На долю Ирана приходится лишь около 5%. Однако имеется проблема разрушенных нефтегазовых объектов в странах Залива. Впрочем, Трамп ещё после захвата Венесуэлы предложил КНР поставки необходимой нефти. Для Пекина этот вариант может быть приемлемым вне зависимости от того, насколько важна для него дружба с Москвой.

А вот у России ситуация иная. Власти США возобновили действие лицензии на продажу российской нефти, погружённой на суда до 17 апреля, сообщает Минфин страны, хотя 15 апреля глава этого ведомства С. Бессент заявил, что Штаты не будут продлять генеральные лицензии на покупку российской нефти. Разрешение будет действовать до 16 мая. Таким образом, чем бы ни кончился конфликт США и Ирана, главным победителем вполне может стать Россия. И не только в нефтяном аспекте, но и в плане мирного посредничества, включая решение вопроса об атомной программе Ирана (такие предложения российская сторона уже озвучивала).

P.S. Сегодня состоится встреча глав МИД России С.В. Лаврова и Турции Х. Фидана. На ней, помимо всего прочего, будет обсуждаться и иранский вопрос. Анализ итогов встречи будет проведён нами завтра, 19 апреля.