Похоронил жену и любовь, чтобы найти счастье. Двойное предательство Ростислава Плятта
1978 год стал для него адом и раем одновременно. В течение одного месяца он похоронил жену и главную любовь всей своей жизни, чтобы почти сразу совершить поступок, который многие осудили бы как предательство. Но для Ростислава Плятта это был единственный способ выжить.
Два гроба и одна свадьба
Обычно биографии великих артистов начинают с перечисления ролей: пастор Шлаг из «Семнадцати мгновений весны», интеллигент с мягким голосом, любимец публики. Но за фасадом «совести советского театра» скрывалась драма, достойная пера Шекспира. Плятт всю жизнь играл второстепенные роли не только на сцене, но и в любви. Он был тем, кто всегда ждал в прихожей, пока другие вершили судьбы.
Тень великого Завадского
Судьбоносная встреча произошла ещё в конце 20-х. Молодой Ростислав пришел в студию к Юрию Завадскому и увидел Её. Вера Марецкая была не просто женой режиссёра — она была солнцем, вокруг которого вращался весь театр. Плятт влюбился мгновенно и безнадежно.
Ситуация сложилась патовая. Даже когда брак Веры Петровны с режиссёром распался, она не досталась Плятту. Почему? Потому что Плятт был слишком интеллигентен и нерешителен. К тому моменту он уже был женат на актрисе Нине Бутовой и не находил в себе сил бросить преданную супругу.
Марецкая же была женщиной действия. Не дождавшись решительных шагов от «мягкотелого Славика», она вышла замуж за актёра Георгия Троицкого — человека простого и надёжного. В этом браке она родила дочь, пока Плятт продолжал оставаться «другом семьи». Только после гибели Троицкого на фронте в 1943 году их странный роман вспыхнул с новой силой, но Плятт... снова так и не ушел от жены.
Для Нины Бутовой это был брак-жертва. Она прекрасно понимала, что никогда не станет для мужа №1. Ситуацию усугубляло то, что у пары не было детей. Нина Владимировна жила только ради «Славика», превратившись в его тень и домохозяйку, готовую прощать любые «творческие командировки» мужа с примой театра.
«Поздно, Славик»
Эта странная связь длилась десятилетиями. Они вместе ездили на гастроли, отдыхали в санаториях, играли любовь на сцене.
В легендарном спектакле «Дальше — тишина» (1969) они играли пожилых супругов, которых насильно разлучают дети. В финале герои прощаются навсегда перед тем, как разъехаться в разные приюты. Зрители в зале рыдали, не догадываясь, что Плятт и Марецкая плачут не по сценарию. Произнося слова прощания на сцене, они оплакивали свою реальную жизнь — годы, прожитые порознь из-за нерешительности одного и гордости другой.
Развязка наступила в 1977 году, когда умер Юрий Завадский (первый муж Веры, который всю жизнь оставался её главным наставником). Казалось, барьеры рухнули. Плятт, которому было уже под 70, решился на отчаянный шаг. Он пришел к Вере и сделал официальное предложение. Ответ прозвучал как приговор:
«Поздно, Славик. Нам уже не нужно смешить людей».
За этими словами скрывалась страшная правда. У Марецкой диагностировали глиобластому — рак головного мозга. Её мучили чудовищные боли. Как сильная женщина, она не хотела, чтобы любимый видел её угасание.
Через год, летом 1978-го, смерть нанесла двойной удар. Сначала в июне ушла жена Нина. В театральной среде ходили разговоры, что Нина Владимировна в последние годы просто «тихо угасала», живя в тени великой любви своего мужа к другой женщине. Плятт ухаживал за ней до конца, но её уход стал лишь первым актом трагедии.
Через месяц, в августе, не стало Веры Марецкой. Плятт остался в абсолютной, звенящей пустоте.
Жена лучшего друга
И здесь биография совершает кульбит, которого никто не ожидал. В состоянии чёрной депрессии Плятт находит спасение там, где искать его было преступно. Людмила Маратова была не просто диктором Всесоюзного радио. Она была женой Николая Литвинова — того самого доброго сказочника «Радионяни», чей голос знал каждый советский ребёнок.
Плятт и Литвинов были не просто коллегами, они были друзьями. Они годами работали бок о бок в радиостудиях. Но когда Людмила, которая была на 20 лет моложе Плятта, увидела, как погибает великий артист, она сделала свой выбор. Она ушла от «главного сказочника страны», чтобы спасти реального человека.
Литвинов повел себя с дворянским благородством — он отпустил жену без публичных скандалов и грязи, сохранив с Пляттом сухие, но уважительные отношения.
Одиннадцать лет тишины
Людмила Маратова стала для него всем. Она оставила карьеру, чтобы посвятить себя мужу. Последние 11 лет жизни Ростислав Плятт провел в абсолютной гармонии, о которой мечтал полвека.
Настоящая проверка их чувств наступила в финале. Когда 80-летний актёр сломал шейку бедра и оказался прикован к постели, Людмила превратилась в его сиделку. Она не отходила от него ни на шаг, когда ослабленный организм начала съедать пневмония. Она ухаживала за ним до последнего вздоха, доказав, что её уход от Литвинова был не блажью, а настоящей любовью.
В мемуарах Плятт напишет о Марецкой:
«Она была не просто талантлива, она была победоносна».
Но победу над одиночеством и смертью в тепле ему подарила совсем другая женщина.
Имеем ли мы право осуждать человека за то, что на пороге смерти он нарушил законы дружбы, чтобы прожить последние годы счастливым?
